Паустовский в Старом Крыму

Паустовский в Старом Крыму

Константин Паустовский впервые в Старом Крыму

В июле 1936 года Нина Грин пишет Паустовскому: «Когда в 1936 году я долго и тяжело болела, я тихонько от мамы написала Вам просьбу быть хозяином, распорядителем произведений Александра Степановича, зная, что никому кроме Вас, с полным сердцем я не могу это доверить. Написала, спрятала, и стало на душе торжественно и спокойно. Вы единственный редактор Александра Степановича, именно Вы, потому, что слова Ваши и мысли о нем полнокровны и чисты...».

Нина Грин была желанным гостем в московской квартире Паустовского, когда в 1936 и 1938 годах приезжала в столицу для совместной работы над архивом Грина, организацией Дома-музея писателя в Старом Крыму, подготовкой посмертного издания книг А. С. Грина. В 1939 году Паустовский, под впечатлением поездок в Старый Крым, написал статью «Жизнь Александра Грина». Его вклад в восстановление творческого наследия Грина переоценить невозможно, и, в первую очередь, старокрымчане безмерно благодарны ему за это.

Приехав впервые в Старый Крым в 1934 году, писатель полюбил этот город, этот край и впоследствии неоднократно бывал здесь, сочетая отдых с работой. Уже на следующий год он опять в Старом Крыму, о чем свидетельствует письмо Генриха Эйхлера Паустовскому, датированное 29 октября 1935 года. Здесь он работал над версткой повести «Черное море».

Май-июль 1938 года Паустовский тоже проводит в Старом Крыму, готовя здесь к изданию свою книгу «Повести и рассказы», а также биографические очерки о Левитане, Кипренском, Шевченко. Вместе с ним тогда приехала жена Валерия Владимировна и приемный сын Сережа. В мае Сережа учился в старокрымской школе, завершая учебу в 6-м классе. Для всего семейства врезалось в память путешествие в Коктебель по старой почтовой дороге и в Оттузы: привыкшие к городскому транспорту москвичи проделали весь этот неблизкий путь на повозке, которую неторопливо тянул ослик. Экзотический транспорт, нанятый у местного жителя, неописуемые попутные красоты очаровывали путешественников.

Визит был для Паустовского и приятным, и плодотворным. «Весь Старый Крым в цвету, в распустившихся орехах и каштанах... Неправдоподобный воздух, очень душистый, мягкий и прозрачный. Я работаю. Здесь очень хорошо работать в саду», — пишет Константин Георгиевич в Москву Рувиму Фраерману 11 мая 1938 года. Известен дом, где жили в тот приезд Паустовские — дом Ефрема (так звала его Н. Н. Грин) по ул. III Интернационала, 98. Ныне улица носит иное, более конкретное, название — ул. Суворова, да и сам дом внешне изменился.

Приезд Паустовского в Старый Крым в 1949 году

Очередное посещение Старого Крыма состоялось в 1949 году, куда он приехал со своей будущей женой, Татьяной Алексеевной Евтеевой, героиней пьесы Арбузова «Таня». Татьяна Алексеевна стала последней музой писателя, именно ей посвящена повесть «Золотая роза»; именно она вдохновляла Паустовского на создание шеститомной эпопеи о пережитых писателем годах — «Повести о жизни». В эпопею вошли несколько произведений писателя, начиная с 1945 года, когда были написаны «Далекие годы».

Следующее произведение из этого цикла — «Бесконечная юность» — вышло в 1955 году, затем были «Начало неведомого века», «Время больших ожиданий», «Бросок на юг», а завершала эпопею «Книга скитаний», изданная в 1963 году. «Повесть о жизни» — не просто художественно-философское повествование Паустовского о прожитых годах, встреченных людях, пережитых событиях. Эпопея является также и своеобразным эталоном писательского мастерства, демонстрируя великолепие русского языка: его богатство, чистоту и свежесть. Не зря «Повесть о жизни» трижды номинировалась на Нобелевскую премию по литературе.

Извините автора за своеобразный зигзаг, вызванный необходимостью рассказать читателю о главном творении Паустовского, и возвратимся в Старый Крым 1949 года, продолжив информацию о взаимоотношениях Константина Георгиевича с этим городом.

Старый Крым в этот раз был частью своеобразного предсвадебного подарка Паустовского своей будущей жене, когда он знакомил Татьяну Алексеевну с самыми дорогими ему местами в Крыму. Сначала была Ялта, оттуда на пароходе они приплыли в Феодосию, а следующим был Старый Крым. «Прямо в Старый Крым, — пишет в своем дневнике писатель. — Все то же ощущение сказки, с Таней к дому Грина... Грин благословил бы нашу любовь... Крошечный дом, сад, как клумба, олеандры. Старуха среди цветов. Пышный букет. Гладиолусы. Сила и чистота любви, очарование жизни. Это выше всего. На кладбище. Нашел ослиную подкову. Холм, терновник, все высохло, заброшенные могилы, бродят козы. Долго искали могилу. Под единственным деревом простая плита с надписью «А. Грин», — здесь конец блистательной и тяжелой жизни. Таня засыпала могилу цветами».

Вряд ли стоит осуждать старокрымчан за запущенное состояние могилы Грина, ведь эхо войны еще не развеялось, напоминая о той страшной поре вдовьими слезами и незалеченными ранами фронтовиков и партизан. А главная опекунша памяти Грина, Нина Николаевна, в это время уже четвертый год познавала все адовы прелести сталинских лагерей.

Приезд Паустовского и Татьяны Алексеевны в 1949 году в Старый Крым впоследствии оказался знаковым: через много-много лет, дом, в котором они провели такие счастливые дни, станет музеем писателя. А тогда дом по ул. К. Либкнехта, 31, принадлежал медсестре Вере Романовне Олейниковой (Рутковской). Ее внук и внучка — Виктор Николаевич Родин и Светлана Николаевна Родина — хорошо запомнили совместные с «дядей Костей» прогулки в лес, ловлю рыбы на второй речке, купание на водопаде. А удочки даже дожили до нынешних времен.

Жизнь в Старом Крыму

В доме Рутковской был старый патефон, и Константин Георгиевич — меломан со стажем — частенько организовывал музыкальные вечера, благо пластинок было достаточно. Часть этих пластинок, несмотря на свою хрупкость и уязвимость, дожила до наших дней, вызывая ностальгическое умиление у помнящих их людей. Современная же молодежь смотрит на эти музейные экспонаты с удивлением, не особенно веря в способность этой пластмассы издавать звуки.

После 1949 года Паустовский, приезжая в Старый Крым, останавливался у соседки и подруги Рутковской — Бреннер Марии Васильевны, немки по происхождению. Она хорошо знала Грина, а ее младший сын был настолько колоритным, благодаря своей внешности, юношей, что Грину в «Бегущей по волнам» не нужно было особо напрягать свою фантазию: одного из своих эпизодических героев, журналиста Густава Бреннера, он полностью списал с сына хозяйки, оставив ему даже родную фамилию.

Постоянство в выборе старокрымской квартиры Паустовским вполне объяснимо, ведь, общаясь с хозяйкой, он как бы продолжал знакомство с Грином, который незримо продолжал влиять на творчество Константина Георгиевича. Романтическое восприятие мира, умение в простом увидеть необычное, а будни превратить в радостный праздник — все это, присущее перу Паустовского, мы уже где-то встречали. Конечно же, у Грина — с иными оттенками, более контрастно, но с тем же жизненным оптимизмом, которому всю жизнь подражал Паустовский. И у него оказалась непростая судьба: был Паустовский и санитаром на фронте, и кондуктором трамвая, учителем и журналистом, рабочим на военном заводе и матросом. Бронхиальная астма, проблемы со зрением и сердцем, чутко реагирующим на чужую беду и любую несправедливость, — все эти беды он мужественно переносил, стараясь и в стойкости своей быть похожим на своего кумира и учителя.

Литературное мастерство Паустовского никогда не подвергалось сомнению. Его описания природы стали хрестоматийными; более того, они создали особую страну Мещёру — край лесов, озер и болот к югу от Москвы. Паустовский много писал и для детей. Его сказки, написаны простым, но, вместе с тем, и изящным языком. Звери и птицы в этих сказках способны вести с человеком интересный разговор. А в произведениях о природе, написанных специально для детей, Паустовский так любовно описывает растительный мир, что его деревья, кустарники, травы, цветы становятся действующими лицами, почти живыми героями его произведений.

Вызывает уважение его гражданское мужество, когда он возвращал миллионам читателей творчество Грина, Цветаевой, Бабеля, Бунина, не опасаясь того, что пропаганда этих неугодных и неудобных для властей писателей и поэтов может быть гибельной для него самого. Именно поэтому живой классик, любимый писатель 50-60-х годов прошлого столетия, обойден наградами и премиями. Но для думающего населения страны Паустовский оставался, да и сейчас является, эталоном чести, достоинства и долга.

И не случайно, уже в наше время, продолжают выходить его книги, открываются его музеи, один из них, не так давно, открыт в Старом Крыму. Само здание, где располагается музей писателя, сохраняет память о нем: здесь он неоднократно останавливался, приезжая в Старый Крым. Собраны в музее мебель и вещи из тех домов Старого Крыма и Коктебеля, в которых жил когда-то Паустовский. Многие экспонаты подарил своим старокрымским коллегам Московский литературный музей Паустовского. Многие другие организации и частные лица помогали создавать этот музей. Но в первую очередь музей Паустовского обязан своим рождением Садовским — матери Надежде Семеновне и ее дочери Александре.

Использован текст с сайта kimmeria.com

© 2000- NIV