Cлово "ГОД"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I K L M N O P Q R S T U V W Y
Поиск  

Варианты слова: ГОДУ, ГОДОВ, ГОДА, ГОДЫ

Входимость: 58. Размер: 22кб.
Входимость: 46. Размер: 50кб.
Входимость: 46. Размер: 38кб.
Входимость: 44. Размер: 112кб.
Входимость: 43. Размер: 109кб.
Входимость: 41. Размер: 24кб.
Входимость: 37. Размер: 76кб.
Входимость: 34. Размер: 15кб.
Входимость: 34. Размер: 61кб.
Входимость: 32. Размер: 10кб.
Входимость: 30. Размер: 43кб.
Входимость: 29. Размер: 26кб.
Входимость: 28. Размер: 37кб.
Входимость: 28. Размер: 31кб.
Входимость: 28. Размер: 40кб.
Входимость: 28. Размер: 204кб.
Входимость: 26. Размер: 31кб.
Входимость: 24. Размер: 11кб.
Входимость: 23. Размер: 43кб.
Входимость: 23. Размер: 44кб.
Входимость: 22. Размер: 39кб.
Входимость: 22. Размер: 99кб.
Входимость: 22. Размер: 23кб.
Входимость: 22. Размер: 11кб.
Входимость: 21. Размер: 6кб.
Входимость: 21. Размер: 51кб.
Входимость: 21. Размер: 40кб.
Входимость: 21. Размер: 65кб.
Входимость: 20. Размер: 19кб.
Входимость: 19. Размер: 19кб.
Входимость: 18. Размер: 37кб.
Входимость: 18. Размер: 12кб.
Входимость: 17. Размер: 9кб.
Входимость: 17. Размер: 46кб.
Входимость: 17. Размер: 18кб.
Входимость: 16. Размер: 27кб.
Входимость: 16. Размер: 31кб.
Входимость: 16. Размер: 31кб.
Входимость: 15. Размер: 28кб.
Входимость: 15. Размер: 48кб.
Входимость: 15. Размер: 68кб.
Входимость: 15. Размер: 35кб.
Входимость: 15. Размер: 13кб.
Входимость: 15. Размер: 99кб.
Входимость: 14. Размер: 7кб.
Входимость: 14. Размер: 26кб.
Входимость: 13. Размер: 43кб.
Входимость: 13. Размер: 22кб.
Входимость: 13. Размер: 15кб.
Входимость: 13. Размер: 21кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 58. Размер: 22кб.
Часть текста: принятия христианства носила имя Фатьма, и была турчанкой. По воспоминаниям Константина Паустовского его дед был кротким синеглазым стариком, любившим петь надтреснутым тенором старинные думки и казацкие песни, и рассказывавшим много невероятных, а подчас и трогательных историй «из самой что ни на есть происшедшей жизни». Отец писателя Георгий Паустовский был железнодорожным статистиком, за которым среди родственников установилась слава легкомысленного человека, с репутацией фантазера, который, по словам бабушки Константина, «не имел права жениться и заводить детей». Он происходил из запорожских казаков, переселившихся после разгрома Сечи на берега реки Рось около Белой Церкви. Георгий Паустовский долго не уживался на одном месте, после службы в Москве жил и работал в Пскове, в Вильно и позже осел в Киеве, на Юго-Западной железной дороге. Мама писателя Мария Паустовская была дочерью служащего на сахарном заводе, и обладала властным характером. Она очень серьезно относилась к воспитанию детей, и была убеждена, что только при строгом и суровом обращении с детьми можно вырастить из них «что-нибудь путное». У Константина Паустовского были два брата и сестра. Позже он о них рассказывал: «Осенью 1915 года я перешел с поезда в полевой санитарный отряд и прошел с ним...
Входимость: 46. Размер: 50кб.
Часть текста: не прошло бесследно. ПАРОХОДНЫЕ КОНЦЕРТЫ (Фрагменты очерка «Серебряные горы») Весь день стояли в Новороссийске – этой российской, измученной вечными норд-остами столице. Пассажиры бегут на базар – покупать дешевых здесь копченых «рыбцов» и галеты. У деревянной пристани стоит американский миноносец – «236», но к нему не подпускают на пушечный выстрел. Извозчик торгуется с вылощенным американским офицером – просит в город 300 тысяч. Американец недоумевает и дает 200. Собирается толпа. Вечером срывается норд-ост и тяжело гремит над городом, сдувая с палубы последних пассажиров в переполненную кают-компанию. Здесь идет пароходный концерт. Почти на каждом пароходе вымо-жете увидеть все одну и ту же компанию артистов, назначение которых сводится к устройству на пароходах, в тесноте, среди больных, давки и детского плача – концертов. Эта труппа – столь же необходимая (по-видимому) и легальная организация на пароходе, как и машинная команда, капитан, его помощники, матросы. Их возят бесплатно, они занимают каюты, дружат с наглой буфетной прислугой, напиваются, бегают в портах по «срочным делам» на базары иустраивают «концерты в пользу голодающих» – смесь из скабрезных куплетов, еврейских анекдотов и румынского оркестра из какого-то сухумского духана. Голодающим,по словам существующей на пароходе специальной комиссии, концерты эти дают крайне мало, почти ничего. Простой сбор дал бы больше. Начинается концерт и стихают многочисленные картежники, которые режутся в карты с утра до поздней ночи. В...
Входимость: 46. Размер: 38кб.
Часть текста: с Исааком Эммануиловичем Бабелем, возникшей в 1921 году, когда оба будущих писателя жили летом на даче, на Большом Фонтане. Годом раньше Бабель еще скитался по Польше и Украине с армией Буденного. До опубликования новелл из циклов «Конармия» и «Одесские рассказы» оставались месяцы и даже годы. Но в воспоминаниях Паустовского Бабель представал уже как бы известным автором этих произведений. Более того, Бабель показывает отцу много вариантов рукописи рассказа «Любка Казак», который увидел свет лишь в 1924 году, то есть через три года после дачных встреч. Все это объясняется довольно просто. Паустовский бывал в Одессе и общался с Бабелем и в последующие годы. Он сознательно объединил старые и новые впечатления, чтобы сделать воспоминания более полными. Прошло только два года после XX съезда, вскрывшего и осудившего культ личности. Как знать, может, все переменится снова и имя Бабеля опять будет изъято из обращения? В литературно-чиновничьих кругах к имени репрессированного и расстрелянного Бабеля продолжали относиться настороженно. Это подтвердила и придирка редакции «Нового мира», которая для отца оказалась совершенно неожиданной. В письме редколлегии журнала, подписанном Твардовским, высказывались сомнения не только по поводу значительности места, занимаемого во «Времени больших ожиданий» образом...
Входимость: 44. Размер: 112кб.
Часть текста: которые потом «прочно вошли» в его творчество. Крым, Мещорские леса, Приуралье, городок Ливны в Орловской области, даже маленькая деревенька Екимовка на Рязанщине... Наряду с людьми, все они не раз становились «героями» его произведений. Мы открывали их одновременно, каждый по-своему. Поэтому я и решил ограничиться «географичностью» своих детских впечатлений. Вот почему эти воспоминания не претендуют на полноту и носят отрывочный характер. Отец умер недавно. Поминая человека, принято говорить не только о нем самом, но и о его привязанностях. Уверен, рассказ о любимых им местах был бы ему приятней, чем детальное описание его склонностей и литературных вкусов. Ведь в значительной степени это и есть рассказ о нем самом. Говоря о «географичности», я имею в виду не узконаучное значение этого слова. Ведь для отца география прежде всего была общением с природой и людьми, и он не делал здесь различий между путешествиями, чтением морских лоций или беседами с мальчишками о прелестях охоты...
Входимость: 43. Размер: 109кб.
Часть текста: мой милый! Моя судьбина! Шевченко Дед мой — старый николаевский солдат — любил поговорить о Тарасе Шевченко. — Было это дело в давние времена, — говорил дед, — когда служил я, хлопчик, в Оренбургском крае… Эти давние времена казались мне похожими на рисунки в старых, побуревших журналах. Они были тусклыми, выгоревшими, от них тянуло горькой плесенью. — Было это в давние времена, — повторял дед и тщетно старался выбить трясущимися руками искру из кремня, чтобы закурить трубку, — еще при царе Николае. Стояла наша рота в Гурьеве, на реке Урале. Кругом, куда ни кинь глазом, степь да степь, одна соленая земля, одна пустынная местность. И от великой сухости пропадали в той местности солдаты. Я смотрел на деда и удивлялся — как это у него за столько лет жизни не сошли с лица ожоги от каспийского солнца. Щеки у деда были черные, шея жилистая, привыкшая к красному солдатскому воротнику, и только в глазах поблескивала голубоватая вода — спутник дряхлости, признак недалекой смерти. — И прогоняли в то время через Гурьев, — неторопливо говорил дед, — известного впоследствии человека, бывшего крипака Шевченко. Забрил его царь в солдаты за мужицкие песни. Гнали его, хлопчик, на Мангышлак, в самое киргизское пекло, где тухлая вода и нет ни травы, ни лозы, никакого даже ледащего дерева. Рассказывали старослуживые солдаты, что подобрал рядовой Шевченко у нас в Гурьеве сухой прут из вербы, увез его на Мангышлак, а там посадил и поливал его три года, пока не выросло из того прута шумливое дерево. В наше время солдата гоняли сквозь строй, били беспощадно мокрыми прутьями из вербы. Называлось это ...

© 2000- NIV