Наши партнеры
Rentmetal.ru - Купить металлопрокат в Москве. Низкие цены. Скидки постоянным клиентам.

Cлово "ПЕРВЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I K L M N O P Q R S T U V W Y
Поиск  

Варианты слова: ПЕРВОЕ, ПЕРВОГО, ПЕРВЫЕ, ПЕРВОЙ

Входимость: 37. Размер: 99кб.
Входимость: 29. Размер: 204кб.
Входимость: 25. Размер: 109кб.
Входимость: 21. Размер: 50кб.
Входимость: 20. Размер: 78кб.
Входимость: 20. Размер: 48кб.
Входимость: 19. Размер: 99кб.
Входимость: 18. Размер: 112кб.
Входимость: 16. Размер: 67кб.
Входимость: 15. Размер: 46кб.
Входимость: 14. Размер: 76кб.
Входимость: 14. Размер: 47кб.
Входимость: 14. Размер: 45кб.
Входимость: 14. Размер: 44кб.
Входимость: 13. Размер: 39кб.
Входимость: 13. Размер: 42кб.
Входимость: 13. Размер: 31кб.
Входимость: 13. Размер: 40кб.
Входимость: 13. Размер: 22кб.
Входимость: 12. Размер: 15кб.
Входимость: 12. Размер: 51кб.
Входимость: 12. Размер: 38кб.
Входимость: 12. Размер: 31кб.
Входимость: 12. Размер: 18кб.
Входимость: 11. Размер: 63кб.
Входимость: 11. Размер: 23кб.
Входимость: 11. Размер: 31кб.
Входимость: 11. Размер: 37кб.
Входимость: 11. Размер: 30кб.
Входимость: 11. Размер: 40кб.
Входимость: 11. Размер: 35кб.
Входимость: 11. Размер: 8кб.
Входимость: 11. Размер: 16кб.
Входимость: 10. Размер: 43кб.
Входимость: 10. Размер: 43кб.
Входимость: 10. Размер: 37кб.
Входимость: 10. Размер: 34кб.
Входимость: 10. Размер: 43кб.
Входимость: 10. Размер: 43кб.
Входимость: 10. Размер: 28кб.
Входимость: 9. Размер: 18кб.
Входимость: 9. Размер: 48кб.
Входимость: 9. Размер: 41кб.
Входимость: 9. Размер: 40кб.
Входимость: 9. Размер: 49кб.
Входимость: 9. Размер: 24кб.
Входимость: 9. Размер: 38кб.
Входимость: 9. Размер: 24кб.
Входимость: 9. Размер: 63кб.
Входимость: 8. Размер: 28кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 37. Размер: 99кб.
Часть текста: паровоз кричал, боясь заблудиться. В этих лесных пустошах, в Котельниче, где угрюмая река пахла снегами и над ней висела рыжая луна, мой сосед, профессор химии, рассказал необыкновенную историю, как Преображенскому надоело открывать северные богатства. Профессор сидел в темноте с закрытыми глазами. Лупа освещала его редкие желтые волосы и пухлые руки. – Дело в том, – промолвил он сонно, – дело, собственно, в том, что соль на Верхней Каме – так называемую «пермянку» – начали добывать еще во времена Ивана Грозного. Местность эта издревле гремела солью. Там и названия соленые – Соликамск, Усолье, Сысольск. Весь тот край отдали во владение купцам Строгановым, – между прочим, прекрасный пример феодализма, прямо просится в хрестоматию. Соль варили в бревенчатых варницах и везли обозами во все углы Московского государства. Это дело давнишнее. А вот недавно профессор Преображенский был послан в Соликамск обследовать тамошние соляные месторождения. – Забавный город, – вздохнул химик и заглянул в окно. Луна блеснула глухим пламенем в болоте и медленным метеором ворвалась в частый ельник. Она не отставала от поезда ни на шаг. – Замечательный город, особенно зимой. Средневековые соборы, старики в голубых поддевках, снега да изразцовые печки. В этом сонливом городишке Преображенский заложил первую буровую скважину. Результаты получились неслыханные. Вот, смотрите, – химик провел пальцем по окну прямую линию, – это поверхность земли. В ста пятидесяти метрах от поверхности, вот здесь, Преображенский нашел поваренную соль, под ней – калий, – химик дернул меня за рукав, – под ним магний, а под магнием опять поваренную соль и каменный уголь. Толщина пласта пятьсот метров! Химик перечеркнул окно от черты до самого низу и вытер палец о старые серые брюки. – Так были открыты величайшие в мире залежи калия. Над химиком на...
Входимость: 29. Размер: 204кб.
Часть текста: поездки на строительство Волго-Донского канала и по юго-востоку страны, я написал повесть «Рождение моря». Повесть эта состоит из цикла очерков. Поэтому я и включаю ее сейчас в раздел очерка, сократив ее за счет сюжетных беллетризированных мест. Азовское подолье Летом 1916 года в Таганрогском порту стоял старый разоруженный корвет «Запорожец». Корвет оброс красной ржавчиной. Куски ржавчины отваливались от его железных бортов, падали в воду и тонули, поблескивая на солнце. «Запорожец» был предназначен на слом и дремал в пустынном порту, как в музее. Его охранял долговязый матрос по фамилии Галаган. Он невозмутимо следил за тем, как медленно разрушается старинный корабль. «Запорожец» был одним из первых русских паровых кораблей. Поэтому он сохранял еще некоторые особенности парусников. На его мачтах были реи и ванты. В низких каютах, казалось, застоялся солоноватый воздух кругосветных плаваний. Сидя на палубе «Запорожца», я – тогда еще юноша – любил представлять себе далекие страны, где побывал этот корабль. Я смотрел на облепленный ракушками железный руль корвета и видел пенистые дороги, что тянулись некогда за ним по туманным морям. Они очень долго не исчезали, эти дороги, эти прочерченные корабельным килем следы. Знакомый...
Входимость: 25. Размер: 109кб.
Часть текста: выгоревшими, от них тянуло горькой плесенью. — Было это в давние времена, — повторял дед и тщетно старался выбить трясущимися руками искру из кремня, чтобы закурить трубку, — еще при царе Николае. Стояла наша рота в Гурьеве, на реке Урале. Кругом, куда ни кинь глазом, степь да степь, одна соленая земля, одна пустынная местность. И от великой сухости пропадали в той местности солдаты. Я смотрел на деда и удивлялся — как это у него за столько лет жизни не сошли с лица ожоги от каспийского солнца. Щеки у деда были черные, шея жилистая, привыкшая к красному солдатскому воротнику, и только в глазах поблескивала голубоватая вода — спутник дряхлости, признак недалекой смерти. — И прогоняли в то время через Гурьев, — неторопливо говорил дед, — известного впоследствии человека, бывшего крипака Шевченко. Забрил его царь в солдаты за мужицкие песни. Гнали его, хлопчик, на Мангышлак, в самое киргизское пекло, где тухлая вода и нет ни травы, ни лозы, никакого даже ледащего дерева. ...
Входимость: 21. Размер: 50кб.
Часть текста: как я уже говорил, не прошло бесследно. ПАРОХОДНЫЕ КОНЦЕРТЫ (Фрагменты очерка «Серебряные горы») Весь день стояли в Новороссийске – этой российской, измученной вечными норд-остами столице. Пассажиры бегут на базар – покупать дешевых здесь копченых «рыбцов» и галеты. У деревянной пристани стоит американский миноносец – «236», но к нему не подпускают на пушечный выстрел. Извозчик торгуется с вылощенным американским офицером – просит в город 300 тысяч. Американец недоумевает и дает 200. Собирается толпа. Вечером срывается норд-ост и тяжело гремит над городом, сдувая с палубы последних пассажиров в переполненную кают-компанию. Здесь идет пароходный концерт. Почти на каждом пароходе вымо-жете увидеть все одну и ту же компанию артистов, назначение которых сводится к устройству на пароходах, в тесноте, среди больных, давки и детского плача – концертов. Эта труппа – столь же необходимая (по-видимому) и легальная организация на пароходе, как и машинная команда, капитан, его помощники, матросы. Их возят бесплатно, они занимают каюты, дружат с наглой буфетной прислугой, напиваются, бегают в портах по «срочным делам» на базары иустраивают «концерты в пользу голодающих» – смесь из скабрезных куплетов, еврейских анекдотов и...
Входимость: 20. Размер: 78кб.
Часть текста: впервые в жизни и, внезапно открыв, оценили по-настоящему только сейчас, когда вокруг наконец-то ничто не могло отнять у нас завтрашнего дня. Вызывая в памяти пройденные дороги (война никого от себя сразу не отпускала — вдруг машинально вздрогнешь, разыскивая глазами укрытие), мы, обращаясь к настоящему, жили уже и будущим. Обращались к настоящему, как к ступеньке, которая поведет всех нас вместе в лучший завтрашний день. 15 декабря 1945 года Приказ вывесили — велели срочно сдать работы. Разнесся слух: работы затребовали на кафедру творчества, чтобы освободиться от так называемых творчески несостоятельных студентов. Я отдал тетрадь, сшитую мною из разных лоскутков бумаги, разбитую на главы. В этих главах — начало повести — я захотел воздать должное нашему ротному старшине Беляеву из города Таганрога. Между собой мы, подтрунивая над старшиной, звали его «Службистом». До придирчивости Беляев любил, чтобы все было сработано по-положенному: портянки наматывай по-положенному, оружие чисти по-положенному и веди себя еще тоже по-положенному. Зато к самому себе — редкое качество — он был еще требовательней, чем к другим, и на маршах наш ротный котел, — были, помню, такие случаи, примирявшие всех со старшиной, — обгонял даже роту. Приводят нас, помню, на новое место — вокруг ни одного сарая, только лягушки квакают, земля стынет, а под котлом уже огонь гудит, и дым стелется по болоту, дым, пахнущий наваром. На подступах к Витебску, за передним краем нашей обороны, мы разыскали тело Беляева возле разбитой повозки с ротным имуществом: он не хотел оторваться от наступавшей роты. Вернувшись домой из госпиталя, я, восстанавливая в памяти протоптанные дороги, вдруг понял: умирает совсем только то, что сам хоронишь. Вот я и начал с Беляева собирать людей снова в строй, в котором я стоял вместе со всеми. Заключение на эти три главы было для меня неожиданно обескураживающим: «Отрывки не дают...

© 2000- NIV