Наши партнеры
Ivona.bigmir.net - Полезные советы:как убрать живот?

Cлово "СТАРЫЙ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I K L M N O P Q R S T U V W Y
Поиск  

Варианты слова: СТАРЫХ, СТАРОГО, СТАРЫЕ, СТАРОЙ

Входимость: 40. Размер: 204кб.
Входимость: 23. Размер: 67кб.
Входимость: 23. Размер: 11кб.
Входимость: 20. Размер: 21кб.
Входимость: 18. Размер: 109кб.
Входимость: 17. Размер: 73кб.
Входимость: 16. Размер: 76кб.
Входимость: 16. Размер: 99кб.
Входимость: 15. Размер: 68кб.
Входимость: 15. Размер: 34кб.
Входимость: 15. Размер: 25кб.
Входимость: 14. Размер: 23кб.
Входимость: 13. Размер: 63кб.
Входимость: 13. Размер: 30кб.
Входимость: 13. Размер: 29кб.
Входимость: 13. Размер: 99кб.
Входимость: 12. Размер: 43кб.
Входимость: 12. Размер: 7кб.
Входимость: 12. Размер: 37кб.
Входимость: 12. Размер: 17кб.
Входимость: 12. Размер: 33кб.
Входимость: 12. Размер: 16кб.
Входимость: 11. Размер: 8кб.
Входимость: 11. Размер: 23кб.
Входимость: 11. Размер: 13кб.
Входимость: 11. Размер: 50кб.
Входимость: 11. Размер: 37кб.
Входимость: 11. Размер: 13кб.
Входимость: 11. Размер: 21кб.
Входимость: 11. Размер: 40кб.
Входимость: 11. Размер: 63кб.
Входимость: 11. Размер: 49кб.
Входимость: 10. Размер: 24кб.
Входимость: 10. Размер: 24кб.
Входимость: 10. Размер: 33кб.
Входимость: 10. Размер: 44кб.
Входимость: 10. Размер: 17кб.
Входимость: 10. Размер: 38кб.
Входимость: 10. Размер: 6кб.
Входимость: 10. Размер: 22кб.
Входимость: 10. Размер: 112кб.
Входимость: 9. Размер: 27кб.
Входимость: 9. Размер: 18кб.
Входимость: 9. Размер: 27кб.
Входимость: 9. Размер: 21кб.
Входимость: 9. Размер: 43кб.
Входимость: 9. Размер: 40кб.
Входимость: 9. Размер: 9кб.
Входимость: 9. Размер: 9кб.
Входимость: 9. Размер: 13кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 40. Размер: 204кб.
Часть текста: были реи и ванты. В низких каютах, казалось, застоялся солоноватый воздух кругосветных плаваний. Сидя на палубе «Запорожца», я – тогда еще юноша – любил представлять себе далекие страны, где побывал этот корабль. Я смотрел на облепленный ракушками железный руль корвета и видел пенистые дороги, что тянулись некогда за ним по туманным морям. Они очень долго не исчезали, эти дороги, эти прочерченные корабельным килем следы. Знакомый моряк объяснил мне, что следы за кормой держатся так долго потому, что пароходы грязнят морскую воду машинным маслом. Это объяснение мало меня устраивало в то время. Я предпочитал думать, что след за кормой образуется сам по себе, как некая живописная карта морских плаваний. Я работал тогда в Таганроге подручным слесаря на маслобойном заводе. Завод изготовлял подсолнечное масло. Он стоял над обрывом на берегу моря, весь в зелени столетних акаций и запахе горячей макухи. Крутая деревянная лестница вела с заводского двора вверх к особняку. Там жил в полном подчинении у своей тетушки владелец завода таганрогский миллионер Ваксов. Это был рыхлый молодой человек, с рыжеватой бородкой. Таких людей принято называть «шляпами» и «тюфяками». Тетушка шила на Ваксова костюмы с запасом. От просторных чесучовых пиджаков Ваксов казался еще шире. Старуха кудахтала над ним, как ...
Входимость: 23. Размер: 67кб.
Часть текста: золотом. Особенно много этого лиственного шумного золота скопилось в оврагах, куда не проникал ветер. А на холмах ветер начисто срывал сухую листву, кружил ее и уносил вдаль. И там, в этой дали, в холодном блеске октябрьского солнца листья временами летели по ветру так густо, что воздух казался от них желтоватым. В такой день начался наш путь из Москвы на запад. Путь шел мимо Бородинского поля. Над ним курился туман. Он был похож на дым сраженья. Сухие взгорья Бородина расстилались вокруг. К ним были обращены мысли Пушкина, Лермонтова, Льва Толстого и многих тысяч русских людей. «Недаром помнит вся Россия про день Бородина». На этих полях Пьер Безухов мог бы встретиться с интендантом наполеоновской армии Стендалем. Я написал слово «мог» потому, что сила толстовского гения сделала Безухова существующим. Нельзя даже представить себе, что не было на свете этого добродушного увальня. Ветер скорости гудел в крыльях «победы». Под этот гул хорошо было думать о разных разностях, хотя бы об этой невозможной встрече Безухова со Стендалем. О чем они могли говорить? Может быть, о том, что рядом со старой кровавой историей, с ее войнами и бессмыслицей живет простая повесть любящих сердец, где-то близко бьется милое сердце Наташи Ростовой. И ради этого сердца стоит броситься очертя голову в любую опасность. Мало ли мыслей приходит в голову под гул дорожного ветра! А здесь ему было где разгуляться – на автостраде Москва – Минск, серой бетонной ленте, туго натянутой от края до края земли. Дорога эта проходит в стороне от городов и деревень. Города возникают и проносятся по ее сторонам, как виденья. Таким виденьем прошла на вечереющих холмах героическая Вязьма. И снова помчались километры красной по осени болотной травы, березняка и равномерно сменяющих друг друга перелесков. Днепр под Смоленском блеснул узкой извилиной. Берега его дымились паром. Около Днепра мы остановили ...
Входимость: 23. Размер: 11кб.
Часть текста: Крыму В июле 1936 года Нина Грин пишет Паустовскому: «Когда в 1936 году я долго и тяжело болела, я тихонько от мамы написала Вам просьбу быть хозяином, распорядителем произведений Александра Степановича, зная, что никому кроме Вас, с полным сердцем я не могу это доверить. Написала, спрятала, и стало на душе торжественно и спокойно. Вы единственный редактор Александра Степановича, именно Вы, потому, что слова Ваши и мысли о нем полнокровны и чисты...». Нина Грин была желанным гостем в московской квартире Паустовского, когда в 1936 и 1938 годах приезжала в столицу для совместной работы над архивом Грина, организацией Дома-музея писателя в Старом Крыму, подготовкой посмертного издания книг А. С. Грина. В 1939 году Паустовский, под впечатлением поездок в Старый Крым, написал статью «Жизнь Александра Грина». Его вклад в восстановление творческого наследия Грина переоценить невозможно, и, в первую очередь, старокрымчане безмерно благодарны ему за это. Приехав впервые в Старый Крым в 1934 году, писатель полюбил этот город, этот край и впоследствии неоднократно бывал здесь, сочетая отдых с работой. Уже на следующий год он опять в Старом Крыму, о чем свидетельствует письмо Генриха Эйхлера Паустовскому, датированное 29 октября 1935 года. Здесь он работал над версткой повести «Черное море». Май-июль 1938 года Паустовский тоже проводит в Старом Крыму, готовя здесь к изданию свою книгу «Повести и рассказы», а также биографические ...
Входимость: 20. Размер: 21кб.
Часть текста: старокрымского дома - музея К.Г.Паустовского. Переступил его порог-из - за стекла в резной раме бросились в глаза всего лишь три слова Константина Георгиевича, которые стали для него правилом: "Жить нужно странствуя". Маршруты путешествий в его беспокойной, полной впечатлений жизни несколько раз приводили писателя в Старый Крым. Здесь могут указать на три дома, где в свое время Константин Георгиевич останавливался. Дом под номером 31 по улице Карла Либкнехта, где открыт музей его имени,-один из них. Еще год назад под его крышей обитал одинокий старик. Когда он умер, встал вопрос о продаже его скромного наследства. Жилплощадь, тем более дом при земельном участке в центре Старого Крыма, пользуется нешуточным спросом. Первой разобралась в создавшейся ситуации Н.С.Садовская. Это она создала литературно - художественный музей. А теперь мечтала о доме - музее Константина Паустовского. Дом N 31 по улице Карла Либкнехта, где, как уже сказано, останавливался писатель, как нельзя лучше подходил для этой цели. Остановка за малым: нужны были деньги. И не только на дом, но и на операцию. В гололед Н.С. Садовская сильно травмировала ногу. ...
Входимость: 18. Размер: 109кб.
Часть текста: Было это дело в давние времена, — говорил дед, — когда служил я, хлопчик, в Оренбургском крае… Эти давние времена казались мне похожими на рисунки в старых, побуревших журналах. Они были тусклыми, выгоревшими, от них тянуло горькой плесенью. — Было это в давние времена, — повторял дед и тщетно старался выбить трясущимися руками искру из кремня, чтобы закурить трубку, — еще при царе Николае. Стояла наша рота в Гурьеве, на реке Урале. Кругом, куда ни кинь глазом, степь да степь, одна соленая земля, одна пустынная местность. И от великой сухости пропадали в той местности солдаты. Я смотрел на деда и удивлялся — как это у него за столько лет жизни не сошли с лица ожоги от каспийского солнца. Щеки у деда были черные, шея жилистая, привыкшая к красному солдатскому воротнику, и только в глазах поблескивала голубоватая вода — спутник дряхлости, признак недалекой смерти. — И прогоняли в то время через Гурьев, — неторопливо говорил дед, — известного впоследствии человека, бывшего крипака Шевченко. Забрил его царь в солдаты за мужицкие песни. Гнали его, хлопчик, на Мангышлак, в самое киргизское пекло, где тухлая вода и нет ни травы, ни лозы, никакого даже ледащего дерева. Рассказывали старослуживые солдаты, что подобрал рядовой Шевченко у нас в Гурьеве сухой прут из вербы, увез его на Мангышлак, а там посадил и поливал его три года,...

© 2000- NIV