Наши партнеры
При перевозке вещей понадобится упаковочная лента полипропиленовая , закажите заранее.

Cлово "БЕРГА, БЕРГ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I K L M N O P Q R S T U V W Y
Поиск  

Варианты слова: БЕРГУ, БЕРГЕ, БЕРГОМ

Входимость: 110. Размер: 37кб.
Входимость: 64. Размер: 28кб.
Входимость: 61. Размер: 11кб.
Входимость: 49. Размер: 24кб.
Входимость: 49. Размер: 23кб.
Входимость: 25. Размер: 34кб.
Входимость: 20. Размер: 11кб.
Входимость: 11. Размер: 20кб.
Входимость: 11. Размер: 12кб.
Входимость: 11. Размер: 25кб.
Входимость: 11. Размер: 7кб.
Входимость: 7. Размер: 10кб.
Входимость: 5. Размер: 7кб.
Входимость: 5. Размер: 24кб.
Входимость: 4. Размер: 40кб.
Входимость: 3. Размер: 31кб.
Входимость: 3. Размер: 14кб.
Входимость: 2. Размер: 7кб.
Входимость: 2. Размер: 11кб.
Входимость: 1. Размер: 43кб.
Входимость: 1. Размер: 40кб.
Входимость: 1. Размер: 15кб.
Входимость: 1. Размер: 61кб.
Входимость: 1. Размер: 33кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 110. Размер: 37кб.
Часть текста: ай сладкая абрикоса! Весь день солнце сжигало берега от Лузановки до Сухого лимана. Стеклянная зыбь ходила холмами, в ней плавали крабы и водросли. Сельтерская вода со льдом казалась хрустальными прекрасными мирами, освещающими сердце. Белым и синим горела земля. Белые автобусы, дороги, пески и ресницы сметал световой вихрь синего зноя, волн и синеющиx от баклажанов фруктовых лавок. Каждое утро, выходя на балкон, Берг вздыхал воздух, насыщенный за ночь озоном, и говорил: - Пахнет жизнью! Он обдумывал хитрый план. Уже месяц он жил в Одессе, получил два ругательных письма от капитана, но дело не двигалось. Деньги иссякли, - половину их Берг прогиграл в "пти шво" на Гаванной; каждый вечер он ел изумительное мороженое у Печесского в "Пале-Рояле". Он наслаждался тишиной этого кафе, разбитого в глухом закаулке, путанницей света и теней, листвой винограда, свисавшей над столиками, воркотней старых официантов. Жил он у приятеля - вузовца Обручева - маленького и неторопливого человека. У Обручева были твердые и приятные привычки, - круглые сутки окна в его комнате стояли настежь, завтракал и ужинал он в ларьке около Александровского парка кефиром и плюшками, обедал в морской столовой в порту, а все свободное от этих занятий время валялся на пляжах, играл в домино и изучал Марселя Пруста. Но он не был лодырем, - не надо забывать, что стремительно надвигалось одесское лето - сверкание, зной, чудесный загар и теплый свет, в который город был погружен, как в золотую воду. Берг обдумывал свой план. По привычке людей пищущих, он не мог думат, не изображая графически некоторых этапов своей мысли. На мраморном столике, казавшимся выточенным из сахара, он набрасал...
Входимость: 64. Размер: 28кб.
Часть текста: для газеты. Я и репортер, и корректор, и фельетонист, и все что хотите. Капитаны у меня знакомые. Иной даже иностранную газету даст - и то хлеб. Ну как, нашли вы киноартиста? - Да, почти... Человечек взглянул на Батурина и расхохотался. - Чудак-покойник! Что за охота разыскивать американцев. Катер проскочил около высокой кормы парохода, - это был "Пестель". Волна мыла красный ржавый руль. Берг висел на планшире и махал кепкой. Он спустился по трапу в катер, расцеловался с Батуриным и, пока катер мотало у борта, успел рассказать свою одесскую историю. В Севастополе он ничего не нашел, поиздержался. Одно время питался сельтерской водой и вафлями. Потом начал писать очерки для "Маяка Коммуны" и даже привез с собой шесть червонцев. - А я, - сказал Батурин, - нашел здесь Нелидову. У нее нет дневника. Он у Пиррисона. Где Пиррисон - неизвестно. Я еще толком с ней не говорил. Берг обрадовался. - Вы говорите так, будто нашли трамвайный билет. Чудак. Теперь вчетвером мы отыщем его в два счета. Берг расспросил о Нелидовой, внимательно посмотрел на Батурина. - Болели? - Да, болею... - неохотно ответил Батурин. - Малярия. Человечек с серыми глазами снова подсел к Батурину, назвал себя. Фамилия его была громкая - Глан. На обратном пути он слушал Берга и Батурина и изредка вставлял слова, - всегда кстати. На берегу, когда Берг с Батуриным сели на извозчика, он сел с ними, и это показалось естественным. Берг, очевидно, считал его знакомым Батурина и не скрываясь говорил о поисках, новых "гениальных планах" и неудачах. У Батурина было очущение, что Глан - свой человек. Около "Зантэ" Глан попращался с ними, обещал зайти перед вечером и убежал, развевая полы дырявого пальто. В номере Берг сказал Батурину: - Чудесный...
Входимость: 61. Размер: 11кб.
Часть текста: воды, черная от ветра и гнетущая сердце постоянной тревогой? Берг видел океан. Когда он учился живописи в Париже, ему случалось бывать на берегах ЛаМанша. Океан был ему не сродни. Земля отцов! Берг не чувствовал никакой привязанности ни к своему детству, ни к маленькому еврейскому городку на Днепре, где его дед ослеп за дратвой и сапожным шилом. Родной город вспоминался всегда как выцветшая и плохо написанная картина, густо засиженная мухами. Он вспоминался как пыль, сладкая вонь помоек, сухие тополя, грязные облака над окраинами, где в казармах муштровали солдат - защитников отечества. Во время гражданской войны Берг не замечал тех мест, где ему приходилось драться. Он насмешливо пожимал плечами, когда бойцы, с особенным светом в глазах говорили, что вот, мол, скоро отобьем у белых свои родные места и напоим коней водой из родимого Дона. - Трепотня! - мрачно говорил Берг. - У таких, как мы, нет и не может быть родины. - Эх, Берг, сухарная душа! - с тяжелым укором отвечали бойцы. - Какой с тебя боец и создатель новой жизни, когда ты землю не любишь,...
Входимость: 49. Размер: 24кб.
Часть текста: Норд-ост "Бедный Миша" Золотое руно Голубятня в Сололаках Родниковый воздух Эх, Россия, Россия!.. Горящий спирт ИСТОРИИ, РАСКАЗАННЫЕ НОЧЬЮ - Вставайте! - Капитан потряс Батурина за плечо. - Скоро Пушкино! Поезд гремел среди леса. Пар шипел в кустах, как мыльная пена. Стояла ледяная и горькая осень. По ночам ветер шумно тряс над дощатыми крышами гроздьями стеклянных звезд. Огородные грядки были посыпаны крупной солью мороза. Пахло гарью и старым вином. А в полдень над горизонтом розовым мрамором блистали облака. Капитан скрутил чудовищную папиросу из рыжего табака, пристально посмотрел на работницу в красном платочке, дремавшую в углу, и спросил ее деревянным голосом: - Вы рожали? - Как? - Детей, говорю, рожали? - Рожала. - С болью? - Да, с болью. - Напрасно. Батурин от изумления проснулся, даже привскочил. Свеча отчаянно мигала, умирая в жестяном фонаре. За окном мчались назад, ревя гудками, лязгая десятками колес, обезумевшая ночь, ветер, кусты и леса. Мосты звенели коротко и страшно. Путевые будки налетали с глухим гулом и проносились затихая к Москве. - Вот это шпарит! - Капитан расставил покрепче ноги. - А с болью бы рожали, выходит, зря. От дикости. В Австралии так не рожают. - Я знаю, что яйца пекут по-караимски, - пробормотал насмешливо Берг, - но чтобы рожали по-австралийски - что-то не слышал. - Вы многого не слышали, к сожалению. За эту тему с вас рубль. - Ну рубль, - вяло согласился Берг. - Рассказывайте! Капитан был неистощим. Рассказы сыпались из него, как пшено из лопнувшего мешка. Сначала Берг записывал их, потом бросил, изнемогая от их обилия, не в силах угнаться за веселым капитанским напором. - Очень просто. Женщине...
Входимость: 49. Размер: 23кб.
Часть текста: с любимой женщиной, со школьным товарищем и с большим зеркалом. Неужели этот в зеркале, в мокром, обвисшем и пахнущем псиной пальто, - это я, Берг, - это у меня нос покраснел от холода и руки вылезают из кургузых рукавов?" Берг разорвал исписанный листок. "Ненавижу зиму, - подумал он. - Пропащее время!" Настроение было окончательно испорчено. Берг вышел в темный, как труба, коридор и пошел бродить по всем этажам. На чугунных лестницах сквозило. За стеклянными дверьми пылились тысячи дел и сидели стриженные машинистки, главбухи и секретари. Пахло пылью, нездоровым дыханьем, ализариновыми чернилами. Берг поглядел с пятого этажа в окно. Серый снег шел теперь густо, как в театре, застилая Замоскворечье. На реке бабы полоскали в проруби белье, галопом мчались порожние ломовики, накручивая над головой вожжи. Прошел запотевший, забрызганный грязью трамвай А. Из трамвая вышел инженер с женщиной в короткой шубке; она быстро перебежала улицу. Берг, прыгая через три ступеньки, помчался в столовую. Симбирцев был уже там. С ним сидела высокая девушка в светящихся изумительных чулках. - Вот Наташа, - сказал Симбирцев Бергу. - Тащите стул, будем пить кофе. Берг пошел за стулом. Ему казалось, что Наташа смотрит на его рваные калоши,- он покраснел, толкнул ...

© 2000- NIV