Cлово "ДЕЛО"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I K L M N O P Q R S T U V W Y
Поиск  

Варианты слова: ДЕЛУ, ДЕЛА, ДЕЛЕ, ДЕЛОМ

Входимость: 44. Размер: 204кб.
Входимость: 24. Размер: 78кб.
Входимость: 21. Размер: 99кб.
Входимость: 16. Размер: 37кб.
Входимость: 16. Размер: 31кб.
Входимость: 14. Размер: 17кб.
Входимость: 14. Размер: 99кб.
Входимость: 13. Размер: 72кб.
Входимость: 13. Размер: 40кб.
Входимость: 12. Размер: 73кб.
Входимость: 12. Размер: 43кб.
Входимость: 12. Размер: 31кб.
Входимость: 12. Размер: 50кб.
Входимость: 12. Размер: 42кб.
Входимость: 12. Размер: 44кб.
Входимость: 11. Размер: 112кб.
Входимость: 11. Размер: 42кб.
Входимость: 11. Размер: 23кб.
Входимость: 10. Размер: 12кб.
Входимость: 10. Размер: 23кб.
Входимость: 10. Размер: 34кб.
Входимость: 9. Размер: 15кб.
Входимость: 9. Размер: 31кб.
Входимость: 9. Размер: 20кб.
Входимость: 9. Размер: 9кб.
Входимость: 9. Размер: 49кб.
Входимость: 8. Размер: 67кб.
Входимость: 8. Размер: 12кб.
Входимость: 8. Размер: 24кб.
Входимость: 8. Размер: 43кб.
Входимость: 8. Размер: 85кб.
Входимость: 8. Размер: 13кб.
Входимость: 8. Размер: 31кб.
Входимость: 8. Размер: 109кб.
Входимость: 8. Размер: 24кб.
Входимость: 7. Размер: 38кб.
Входимость: 7. Размер: 36кб.
Входимость: 7. Размер: 24кб.
Входимость: 7. Размер: 23кб.
Входимость: 7. Размер: 25кб.
Входимость: 7. Размер: 12кб.
Входимость: 7. Размер: 75кб.
Входимость: 7. Размер: 31кб.
Входимость: 7. Размер: 14кб.
Входимость: 7. Размер: 25кб.
Входимость: 7. Размер: 24кб.
Входимость: 7. Размер: 13кб.
Входимость: 7. Размер: 27кб.
Входимость: 7. Размер: 49кб.
Входимость: 6. Размер: 26кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 44. Размер: 204кб.
Часть текста: воздух кругосветных плаваний. Сидя на палубе «Запорожца», я – тогда еще юноша – любил представлять себе далекие страны, где побывал этот корабль. Я смотрел на облепленный ракушками железный руль корвета и видел пенистые дороги, что тянулись некогда за ним по туманным морям. Они очень долго не исчезали, эти дороги, эти прочерченные корабельным килем следы. Знакомый моряк объяснил мне, что следы за кормой держатся так долго потому, что пароходы грязнят морскую воду машинным маслом. Это объяснение мало меня устраивало в то время. Я предпочитал думать, что след за кормой образуется сам по себе, как некая живописная карта морских плаваний. Я работал тогда в Таганроге подручным слесаря на маслобойном заводе. Завод изготовлял подсолнечное масло. Он стоял над обрывом на берегу моря, весь в зелени столетних акаций и запахе горячей макухи. Крутая деревянная лестница вела с заводского двора вверх к особняку. Там жил в полном подчинении у своей тетушки владелец завода таганрогский миллионер Ваксов. Это был рыхлый молодой человек, с рыжеватой бородкой. Таких людей принято называть «шляпами» и «тюфяками». Тетушка шила на Ваксова костюмы с запасом. От просторных чесучовых пиджаков Ваксов казался еще шире. Старуха кудахтала над ним, как наседка. Она таскала Ваксова по церквам и зорко следила, чтобы племяннику не приглянулась какая-нибудь девица с городской окраины Бесергеновки – питомника таганрогских невест. Когда Ваксов узнал, что я одно время учился в гимназии, он снизошел до того, что пригласил меня на ужин. Ваксову, очевидно, хотелось слыть вольнодумцем и меценатом: тогда это было модно среди купечества. В жизни я не видел более скучного дома, чем особняк Ваксова. Хозяин водил меня по комнатам, оклеенным серыми обоями с лиловыми ирисами. Вдоль стен стояли, боязливо прижавшись друг к другу, венские стулья. Посередине каждой комнаты торчал овальный стол, покрытый вязаной скатертью. Всюду висели...
Входимость: 24. Размер: 78кб.
Часть текста: в жизни вдруг достиг. Как и все первокурсники, я был в том приподнятом настроении, когда трудности представляются только радостными препятствиями. Свою отвоеванную землю мы вдруг увидели словно впервые в жизни и, внезапно открыв, оценили по-настоящему только сейчас, когда вокруг наконец-то ничто не могло отнять у нас завтрашнего дня. Вызывая в памяти пройденные дороги (война никого от себя сразу не отпускала — вдруг машинально вздрогнешь, разыскивая глазами укрытие), мы, обращаясь к настоящему, жили уже и будущим. Обращались к настоящему, как к ступеньке, которая поведет всех нас вместе в лучший завтрашний день. 15 декабря 1945 года Приказ вывесили — велели срочно сдать работы. Разнесся слух: работы затребовали на кафедру творчества, чтобы освободиться от так называемых творчески несостоятельных студентов. Я отдал тетрадь, сшитую мною из разных лоскутков бумаги, разбитую на главы. В этих главах — начало повести — я захотел воздать должное нашему ротному старшине Беляеву из города Таганрога. Между собой мы, подтрунивая над старшиной, звали его «Службистом». До придирчивости Беляев любил, чтобы все было сработано по-положенному: портянки наматывай по-положенному, оружие чисти по-положенному и веди себя еще тоже по-положенному. Зато к самому себе — редкое качество — он был еще требовательней, чем к другим, и на маршах наш ротный котел, — были, помню,...
Входимость: 21. Размер: 99кб.
Часть текста: за окнами темной рекой. Гудок пропадал в лесах. Казалось, паровоз кричал, боясь заблудиться. В этих лесных пустошах, в Котельниче, где угрюмая река пахла снегами и над ней висела рыжая луна, мой сосед, профессор химии, рассказал необыкновенную историю, как Преображенскому надоело открывать северные богатства. Профессор сидел в темноте с закрытыми глазами. Лупа освещала его редкие желтые волосы и пухлые руки. – Дело в том, – промолвил он сонно, – дело, собственно, в том, что соль на Верхней Каме – так называемую «пермянку» – начали добывать еще во времена Ивана Грозного. Местность эта издревле гремела солью. Там и названия соленые – Соликамск, Усолье, Сысольск. Весь тот край отдали во владение купцам Строгановым, – между прочим, прекрасный пример феодализма, прямо просится в хрестоматию. Соль варили в бревенчатых варницах и везли обозами во все углы Московского государства. Это дело давнишнее. А вот недавно профессор Преображенский был послан в Соликамск обследовать тамошние соляные месторождения. –...
Входимость: 16. Размер: 37кб.
Часть текста: прекрасными мирами, освещающими сердце. Белым и синим горела земля. Белые автобусы, дороги, пески и ресницы сметал световой вихрь синего зноя, волн и синеющиx от баклажанов фруктовых лавок. Каждое утро, выходя на балкон, Берг вздыхал воздух, насыщенный за ночь озоном, и говорил: - Пахнет жизнью! Он обдумывал хитрый план. Уже месяц он жил в Одессе, получил два ругательных письма от капитана, но дело не двигалось. Деньги иссякли, - половину их Берг прогиграл в "пти шво" на Гаванной; каждый вечер он ел изумительное мороженое у Печесского в "Пале-Рояле". Он наслаждался тишиной этого кафе, разбитого в глухом закаулке, путанницей света и теней, листвой винограда, свисавшей над столиками, воркотней старых официантов. Жил он у приятеля - вузовца Обручева - маленького и неторопливого человека. У Обручева были твердые и приятные привычки, - круглые сутки окна в его комнате стояли настежь, завтракал и ужинал он в ларьке около Александровского парка кефиром и плюшками, обедал в морской столовой в порту, а все свободное от этих занятий время валялся на пляжах, играл в домино и изучал Марселя Пруста. Но он не был лодырем, - не надо забывать, что стремительно надвигалось одесское лето - сверкание, зной, чудесный загар и теплый свет, в...
Входимость: 16. Размер: 31кб.
Часть текста: Костлявый армянин в элегантном сером костюме стоял около них. Одной рукой он перебирал янтарные четки, другой держал капитана за пуговицу кителя и нараспев читал стихи: Как леопарды в клетке, от тоски Поэта тень бледна у вод Гафиза, О звездная разодранная риза! О алоэ и смуглые пески! Капитан отводил глаза и сердился. Чтение стихов вслух он считал делом стыдным. Ему казалось, что Терьян публично оголяется. Но Терьян не смущался. Пылит авто, пугая обезьян, Постой, шофер: идет навстречу Майя, - Горит ее подшива золотая. Как сладок ты, божественный Коран! Терьян передохнул. И катера над озером дымят. В пятнадцать сил... Тропические шлемы... Александрийские прекрасные триремы. И Энзели холодный виноград. Метранпаж Заремба - русый и громадный, с выбитыми передними зубами, подмигнул капитану и почесал шилом за ухом. - Ну как? - спросил Терьян. - Собачий лай, - ответил капитан. - Что это за божественный Коран! Что это вообще за хреновина! Неужели Мочульский напечатает эти стихи? - Люблю с вами разговаривать, - Терьян шаркнул лаковой туфлей и поклонился. - Мочульский напечатает, будьте спокойны, и я получу за это турецкую лиру. На лиру я куплю доллары, на доллары лиры, на лиры доллары: я спекулянт, я перещеголяю Камхи. Потом в мой адрес будут приходить пароходы с пудрой, вязанными галстуками и сахарином. - Идите к свиньям! Не поясничайте! - Пойдем лучше к "Бедному Мише", - предложил Терьян. - Заремба, мой лапы, - номер в машине. Заремба подобрал с пола несколько свинцовых болванок - бабашек - и пошел к крану мыть руки. В раковине сидела крыса. Заремба прицелился в нее бабашкой, попал, крыса запищала и спряталась в...

© 2000- NIV