Cлово "ДЕЛО"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I K L M N O P Q R S T U V W Y
Поиск  

Варианты слова: ДЕЛУ, ДЕЛА, ДЕЛЕ, ДЕЛОМ

Входимость: 44. Размер: 204кб.
Входимость: 24. Размер: 78кб.
Входимость: 21. Размер: 99кб.
Входимость: 16. Размер: 37кб.
Входимость: 16. Размер: 31кб.
Входимость: 14. Размер: 17кб.
Входимость: 14. Размер: 99кб.
Входимость: 13. Размер: 72кб.
Входимость: 13. Размер: 40кб.
Входимость: 12. Размер: 73кб.
Входимость: 12. Размер: 43кб.
Входимость: 12. Размер: 31кб.
Входимость: 12. Размер: 50кб.
Входимость: 12. Размер: 42кб.
Входимость: 12. Размер: 44кб.
Входимость: 11. Размер: 112кб.
Входимость: 11. Размер: 42кб.
Входимость: 11. Размер: 23кб.
Входимость: 10. Размер: 12кб.
Входимость: 10. Размер: 23кб.
Входимость: 10. Размер: 34кб.
Входимость: 9. Размер: 15кб.
Входимость: 9. Размер: 31кб.
Входимость: 9. Размер: 20кб.
Входимость: 9. Размер: 9кб.
Входимость: 9. Размер: 49кб.
Входимость: 8. Размер: 67кб.
Входимость: 8. Размер: 12кб.
Входимость: 8. Размер: 24кб.
Входимость: 8. Размер: 43кб.
Входимость: 8. Размер: 85кб.
Входимость: 8. Размер: 13кб.
Входимость: 8. Размер: 31кб.
Входимость: 8. Размер: 109кб.
Входимость: 8. Размер: 24кб.
Входимость: 7. Размер: 38кб.
Входимость: 7. Размер: 36кб.
Входимость: 7. Размер: 24кб.
Входимость: 7. Размер: 23кб.
Входимость: 7. Размер: 25кб.
Входимость: 7. Размер: 12кб.
Входимость: 7. Размер: 75кб.
Входимость: 7. Размер: 31кб.
Входимость: 7. Размер: 14кб.
Входимость: 7. Размер: 25кб.
Входимость: 7. Размер: 24кб.
Входимость: 7. Размер: 13кб.
Входимость: 7. Размер: 27кб.
Входимость: 7. Размер: 49кб.
Входимость: 6. Размер: 26кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 44. Размер: 204кб.
Часть текста: Поэтому он сохранял еще некоторые особенности парусников. На его мачтах были реи и ванты. В низких каютах, казалось, застоялся солоноватый воздух кругосветных плаваний. Сидя на палубе «Запорожца», я – тогда еще юноша – любил представлять себе далекие страны, где побывал этот корабль. Я смотрел на облепленный ракушками железный руль корвета и видел пенистые дороги, что тянулись некогда за ним по туманным морям. Они очень долго не исчезали, эти дороги, эти прочерченные корабельным килем следы. Знакомый моряк объяснил мне, что следы за кормой держатся так долго потому, что пароходы грязнят морскую воду машинным маслом. Это объяснение мало меня устраивало в то время. Я предпочитал думать, что след за кормой образуется сам по себе, как некая живописная карта морских плаваний. Я работал тогда в Таганроге подручным слесаря на маслобойном заводе. Завод изготовлял подсолнечное масло. Он стоял над обрывом на берегу моря, весь в зелени столетних акаций и запахе горячей макухи. Крутая деревянная лестница вела с заводского двора вверх к особняку. Там жил в полном подчинении у своей тетушки владелец завода таганрогский миллионер Ваксов. Это был рыхлый молодой человек, с рыжеватой бородкой. Таких людей принято называть «шляпами» и «тюфяками». Тетушка шила на Ваксова костюмы с запасом. От просторных чесучовых пиджаков Ваксов казался еще шире. Старуха кудахтала над ним, как наседка. Она таскала Ваксова по церквам и зорко следила, чтобы племяннику не приглянулась какая-нибудь девица с городской окраины Бесергеновки – питомника таганрогских невест. Когда Ваксов узнал, что я одно время учился в гимназии, он снизошел до того, что пригласил меня на ужин. Ваксову, очевидно, хотелось слыть вольнодумцем и меценатом: тогда это было модно среди купечества. В жизни я не видел более скучного дома, чем особняк Ваксова....
Входимость: 24. Размер: 78кб.
Часть текста: которая поведет всех нас вместе в лучший завтрашний день. 15 декабря 1945 года Приказ вывесили — велели срочно сдать работы. Разнесся слух: работы затребовали на кафедру творчества, чтобы освободиться от так называемых творчески несостоятельных студентов. Я отдал тетрадь, сшитую мною из разных лоскутков бумаги, разбитую на главы. В этих главах — начало повести — я захотел воздать должное нашему ротному старшине Беляеву из города Таганрога. Между собой мы, подтрунивая над старшиной, звали его «Службистом». До придирчивости Беляев любил, чтобы все было сработано по-положенному: портянки наматывай по-положенному, оружие чисти по-положенному и веди себя еще тоже по-положенному. Зато к самому себе — редкое качество — он был еще требовательней, чем к другим, и на маршах наш ротный котел, — были, помню, такие случаи, примирявшие всех со старшиной, — обгонял даже роту. Приводят нас, помню, на новое место — вокруг ни одного сарая, только лягушки квакают, земля стынет, а под котлом уже огонь гудит, и дым стелется по болоту, дым, пахнущий наваром. На подступах к Витебску, за передним краем нашей обороны, мы разыскали тело Беляева возле разбитой повозки с ротным имуществом: он не хотел оторваться от наступавшей роты. Вернувшись домой из госпиталя, я, восстанавливая в памяти протоптанные дороги, вдруг понял: умирает совсем только то, что сам хоронишь. Вот я и начал с Беляева собирать людей снова в строй, в котором я стоял вместе со всеми. Заключение на эти три главы было для меня неожиданно обескураживающим: «Отрывки не дают возможности судить о способностях автора в мастерстве композиции. Сфера наблюдательности автора довольно ограниченная — он описывает только то, что им лично пережито. Нужна связь с газетой». Все верно. Может...
Входимость: 21. Размер: 99кб.
Часть текста: В этих лесных пустошах, в Котельниче, где угрюмая река пахла снегами и над ней висела рыжая луна, мой сосед, профессор химии, рассказал необыкновенную историю, как Преображенскому надоело открывать северные богатства. Профессор сидел в темноте с закрытыми глазами. Лупа освещала его редкие желтые волосы и пухлые руки. – Дело в том, – промолвил он сонно, – дело, собственно, в том, что соль на Верхней Каме – так называемую «пермянку» – начали добывать еще во времена Ивана Грозного. Местность эта издревле гремела солью. Там и названия соленые – Соликамск, Усолье, Сысольск. Весь тот край отдали во владение купцам Строгановым, – между прочим, прекрасный пример феодализма, прямо просится в хрестоматию. Соль варили в бревенчатых варницах и везли обозами во все углы Московского государства. Это дело давнишнее. А вот недавно профессор Преображенский был послан в Соликамск обследовать тамошние соляные месторождения. – Забавный город, –...
Входимость: 16. Размер: 37кб.
Часть текста: сметал световой вихрь синего зноя, волн и синеющиx от баклажанов фруктовых лавок. Каждое утро, выходя на балкон, Берг вздыхал воздух, насыщенный за ночь озоном, и говорил: - Пахнет жизнью! Он обдумывал хитрый план. Уже месяц он жил в Одессе, получил два ругательных письма от капитана, но дело не двигалось. Деньги иссякли, - половину их Берг прогиграл в "пти шво" на Гаванной; каждый вечер он ел изумительное мороженое у Печесского в "Пале-Рояле". Он наслаждался тишиной этого кафе, разбитого в глухом закаулке, путанницей света и теней, листвой винограда, свисавшей над столиками, воркотней старых официантов. Жил он у приятеля - вузовца Обручева - маленького и неторопливого человека. У Обручева были твердые и приятные привычки, - круглые сутки окна в его комнате стояли настежь, завтракал и ужинал он в ларьке около Александровского парка кефиром и плюшками, обедал в морской столовой в порту, а все свободное от этих занятий время валялся на пляжах, играл в домино и изучал Марселя Пруста. Но он не был лодырем, - не надо забывать, что стремительно надвигалось одесское лето - сверкание, зной, чудесный загар и теплый свет, в который город был погружен, как в золотую воду. Берг обдумывал свой план. По привычке людей пищущих, он не...
Входимость: 16. Размер: 31кб.
Часть текста: считал делом стыдным. Ему казалось, что Терьян публично оголяется. Но Терьян не смущался. Пылит авто, пугая обезьян, Постой, шофер: идет навстречу Майя, - Горит ее подшива золотая. Как сладок ты, божественный Коран! Терьян передохнул. И катера над озером дымят. В пятнадцать сил... Тропические шлемы... Александрийские прекрасные триремы. И Энзели холодный виноград. Метранпаж Заремба - русый и громадный, с выбитыми передними зубами, подмигнул капитану и почесал шилом за ухом. - Ну как? - спросил Терьян. - Собачий лай, - ответил капитан. - Что это за божественный Коран! Что это вообще за хреновина! Неужели Мочульский напечатает эти стихи? - Люблю с вами разговаривать, - Терьян шаркнул лаковой туфлей и поклонился. - Мочульский напечатает, будьте спокойны, и я получу за это турецкую лиру. На лиру я куплю доллары, на доллары лиры, на лиры доллары: я спекулянт, я перещеголяю Камхи. Потом в мой адрес будут приходить пароходы с пудрой, вязанными галстуками и сахарином. - Идите к свиньям! Не поясничайте! - Пойдем лучше к "Бедному Мише", - предложил Терьян. - Заремба, мой лапы, - номер в машине. Заремба подобрал с пола несколько свинцовых болванок - бабашек - и пошел к крану мыть руки. В раковине сидела крыса. Заремба прицелился в нее бабашкой, попал, крыса запищала и спряталась в отлив. Заремба развернул кран до отказа и злорадно сказал: - Ну, погоди, стерва, я тебя утоплю! Вода хлестала и трубила, Заремба вымыл жирные, свинцовые руки и натянул кепку. Крыс он решил истребить: каждый день они залезали к нему в кассу с заголовочными шрифтами, перерывали шрифт, гадили, грызли переборки. Потом оказалось, что...

© 2000- NIV