Cлово "СТОЯТЬ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I K L M N O P Q R S T U V W Y
Поиск  

Варианты слова: СТОЯЛИ, СТОЯЛА, СТОЯЛ, СТОЯТ, СТОИТ

Входимость: 41. Размер: 204кб.
Входимость: 28. Размер: 75кб.
Входимость: 25. Размер: 73кб.
Входимость: 22. Размер: 63кб.
Входимость: 21. Размер: 50кб.
Входимость: 20. Размер: 67кб.
Входимость: 18. Размер: 85кб.
Входимость: 17. Размер: 49кб.
Входимость: 16. Размер: 47кб.
Входимость: 15. Размер: 24кб.
Входимость: 15. Размер: 50кб.
Входимость: 15. Размер: 42кб.
Входимость: 15. Размер: 109кб.
Входимость: 14. Размер: 38кб.
Входимость: 14. Размер: 112кб.
Входимость: 14. Размер: 99кб.
Входимость: 13. Размер: 76кб.
Входимость: 13. Размер: 43кб.
Входимость: 12. Размер: 31кб.
Входимость: 12. Размер: 49кб.
Входимость: 12. Размер: 67кб.
Входимость: 12. Размер: 99кб.
Входимость: 12. Размер: 12кб.
Входимость: 11. Размер: 31кб.
Входимость: 11. Размер: 23кб.
Входимость: 11. Размер: 34кб.
Входимость: 11. Размер: 20кб.
Входимость: 11. Размер: 44кб.
Входимость: 11. Размер: 23кб.
Входимость: 10. Размер: 26кб.
Входимость: 10. Размер: 35кб.
Входимость: 10. Размер: 51кб.
Входимость: 10. Размер: 14кб.
Входимость: 10. Размер: 18кб.
Входимость: 10. Размер: 43кб.
Входимость: 10. Размер: 31кб.
Входимость: 10. Размер: 19кб.
Входимость: 10. Размер: 43кб.
Входимость: 10. Размер: 15кб.
Входимость: 10. Размер: 23кб.
Входимость: 10. Размер: 63кб.
Входимость: 10. Размер: 49кб.
Входимость: 10. Размер: 14кб.
Входимость: 9. Размер: 27кб.
Входимость: 9. Размер: 24кб.
Входимость: 9. Размер: 41кб.
Входимость: 9. Размер: 33кб.
Входимость: 9. Размер: 31кб.
Входимость: 9. Размер: 44кб.
Входимость: 9. Размер: 30кб.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 41. Размер: 204кб.
Часть текста: моря». Повесть эта состоит из цикла очерков. Поэтому я и включаю ее сейчас в раздел очерка, сократив ее за счет сюжетных беллетризированных мест. Азовское подолье Летом 1916 года в Таганрогском порту стоял старый разоруженный корвет «Запорожец». Корвет оброс красной ржавчиной. Куски ржавчины отваливались от его железных бортов, падали в воду и тонули, поблескивая на солнце. «Запорожец» был предназначен на слом и дремал в пустынном порту, как в музее. Его охранял долговязый матрос по фамилии Галаган. Он невозмутимо следил за тем, как медленно разрушается старинный корабль. «Запорожец» был одним из первых русских паровых кораблей. Поэтому он сохранял еще некоторые особенности парусников. На его мачтах были реи и ванты. В низких каютах, казалось, застоялся солоноватый воздух кругосветных плаваний. Сидя на палубе «Запорожца», я – тогда еще юноша – любил представлять себе далекие страны, где побывал этот корабль. Я смотрел на облепленный ракушками железный руль корвета и видел пенистые дороги, что тянулись некогда за ним по туманным морям. Они очень долго не исчезали, эти дороги, эти прочерченные корабельным килем следы. Знакомый моряк объяснил мне, что следы за кормой держатся так долго потому, что пароходы грязнят морскую воду машинным маслом. Это объяснение мало меня устраивало в то время. Я предпочитал думать, что след за кормой образуется сам по себе, как некая живописная карта морских плаваний. Я работал тогда в Таганроге подручным слесаря на маслобойном заводе. Завод изготовлял подсолнечное масло. Он стоял над обрывом на берегу моря, весь в зелени...
Входимость: 28. Размер: 75кб.
Часть текста: знаю, в какой это было губернии - Казанской ли, Тамбовской или Пензенской. Я до сих пор помню эту избу и высокого старика в нагольном тулупе, накинутом на костлявые плечи. Он вышел из низкой дверцы и, придерживая ее рукой, долго смотрел на длинный поезд с красными крестами на стенках вагонов. Со стрехи на косматую голову старика пылила снегом метель. Была зима. Россия лежала в снегах. Когда мы везли раненых, я ничего не замечал вокруг,- было не до этого. Но во время обратного рейса каждый санитар оставался один в своем вымытом и пустом вагоне, и времени для того, чтобы смотреть за окна, читать и отсыпаться, было сколько угодно. От этих обратных рейсов осталось воспоминание, как о сплошных снегах, их белизне, заливавшей своим светом вагон, и сизом, голубиного цвета, низко нависшем небе. На память все время приходили где-то прочитанные стихи: "Страна, которая молчит, вся в белом-белом, как новобрачная, одетая в покров". И странно вязались с этими снегами и стихами белоснежные косынки и халаты сестер, когда они по утрам обходили поезд. Базарный Сызган. Я запомнил эту станцию из-за одного пустого случая. Мы простояли на запасных путях в Сызране всю ночь. Была вьюга. К утру поезд сплошь залепило снегом. Я пошел со своим соседом по вагону, добродушным увальнем Николашей Рудневым,...
Входимость: 25. Размер: 73кб.
Часть текста: миноносцев. Зима стояла теплая. За Ревелем море было свободно ото льда. Щедрин долго смотрел с палубы транспорта на затянутые сумраком берега. Там, в Ревеле, осталась мать. Она приехала из Петрограда проводить сына и остановилась в недорогой гостинице. Отец Щедрина - морской врач - давно умер. Мать жила на пенсию. Она помогала своим сестрам, теткам Щедрина, и пенсии всегда не хватало. В одном Петрограде было три тетки. Кроме того, приходилось посылать деньги еще одной тетке во Владивосток, а другой - в Киев. Все тетки были или старые девы, или вдовы с кучей детей на руках. Семья была дружная, петроградские тетки давали уроки музыки и французского языка. Они всегда торопились, беспоко-ились, бегали по лекциям и библиотекам, умилялись на концертах, вечно кого-то жалели и кому-нибудь помогали. Почти все тетки были женщины добродушные и некрасивые. Это, по словам матери Щедри-на, "разбивало их личную жизнь". Одна тетка прекрасно пела, у нее был оперный голос, но на сцену ее не взяли из-за близорукости. Без пенсне она слепла и делалась беспомощной, как ребенок, - куда же такую на сцену! Но, несмотря на некрасивость, у всех теток были в молодости жестокие романы. Герои этих романов давно облысели, женились, заведовали департаментами и командовали полками, но все же тетки при случайных встречах с ними на улице вспыхивали, как институтки, потом прибегали к матери Щедрина, запирались в ее комнате и долго...
Входимость: 22. Размер: 63кб.
Часть текста: строго хранили и передавали старшим сыновьям законы своего искусства. Равнодушно закусив трубки, они смотрели на дым от первых "пироскафов", грязнивших чистые морские горизонты: "Все равно пар никогда не справится с океаном". Каждую осень на острова возвращались для починки высокие бриги и клипера, барки и бригантины. Они приходили из Карибского моря, из Леванта и Шотландии, из всех углов земли. Приводили их шведские шкипера - неразговорчивые и честные люди. Зимой корабли вмерзали в лед, их засыпало снегом. Офицеры Камчатского полка, выбегая во двор проветриться от винного и табачного чада во время пирушек, видели перед собой темные кузова кораблей, желтые фонари на смерзшихся частях и слышали шум ветра в толстых реях. К кораблям быстро привыкли, как привыкают к домам, к деревьям на улице, к полосатым будкам часовых. Их перестали замечать. Только в те редкие ясные дни, когда над ледяным заливом подымалось белое солнце, офицеры, солдаты и жители Мариегамна жмурились от блеска кораблей, заросших инеем, и удивлялись красоте этого зрелища. Казалось, что косматая зима устроила себе жилье на кораблях. Комья снега слетали со снастей и с...
Входимость: 21. Размер: 50кб.
Часть текста: не успевшей облететь, но уже подмерзшей листвы. В такие дни у меня часто бывали головные боли. Тогда я не ходил в гимназию, оставался у себя в каморке в Диком переулке, лежал, закутав голову, и старался не стонать, чтобы не беспокоить пани Козловскую. Я согревался, и боль постепенно утихала. Тогда я начинал читать, не вставая, желтые книжки "Универсальной библиотеки". Трещал огонь в печах. В маленькой квартире было тихо. Изредка за окном пролетал робкий снежок. После недавней боли голова была очень свежей, и все казалось мне хорошим - и цвет сизого неба, и дымок поленьев, и снег, прилипший к стеклу. Вот в такой день дани Козловская открыла дверь на звонок почтальона, взяла газету, охнула и засеменила ко мне в комнату. - Костик,- сказала она,- несчастье с графом Толстым! Я вскочил, выхватил у нее газету, пахнувшую керосином, и начал читать первые телеграммы об уходе Толстого. Пани Козловская с испугом смотрела на меня и повторяла: - Боже, спаси его! Боже, спаси его! Я тотчас оделся, натянул шинель и вышел на улицу. Мне казалось, что все в городе должно было сразу перемениться с той минуты, когда пришло ошеломляющее известие. Но все было по-старому. Ехали ломовики с дровами, дребезжал вагон старой киевской конки, гуляли с гувернантками дети. Я не выдержал и пошел в гимназию. На всех партах валялись газеты. Наш классный наставник латинист Субоч опоздал на урок. Этого с ним никогда не бывало. Он вошел, опустился на стул, снял пенсне и долго сидел, сгорбившись, глядя за окно подслеповатыми выпуклыми глазами. Он как будто чего-то ждал. Потом он сказал мне: - Сходите, голубчик, к редакции "Киевской мысли". Там вывешиваются последние телеграммы. Узнайте. Мы будем ждать. Эго было неслыханно в истории нашего класса. Но сейчас все отнеслись к этому, как к...

© 2000- NIV