Cлово "МОРЕ"


А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D E F G H I K L M N O P Q R S T U V W Y
Поиск  

Варианты слова: МОРЯ, МОРЕМ, МОРЮ, МОРЕЙ

Входимость: 84.
Входимость: 34.
Входимость: 32.
Входимость: 31.
Входимость: 30.
Входимость: 28.
Входимость: 27.
Входимость: 27.
Входимость: 26.
Входимость: 26.
Входимость: 26.
Входимость: 26.
Входимость: 25.
Входимость: 25.
Входимость: 24.
Входимость: 24.
Входимость: 23.
Входимость: 22.
Входимость: 21.
Входимость: 20.
Входимость: 20.
Входимость: 19.
Входимость: 19.
Входимость: 19.
Входимость: 19.
Входимость: 18.
Входимость: 17.
Входимость: 17.
Входимость: 17.
Входимость: 16.
Входимость: 16.
Входимость: 16.
Входимость: 16.
Входимость: 16.
Входимость: 15.
Входимость: 15.
Входимость: 15.
Входимость: 15.
Входимость: 15.
Входимость: 15.
Входимость: 14.
Входимость: 14.
Входимость: 14.
Входимость: 14.
Входимость: 14.
Входимость: 13.
Входимость: 13.
Входимость: 13.
Входимость: 12.
Входимость: 12.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 84. Размер: 204кб.
Часть текста: Волго-Донского канала и по юго-востоку страны, я написал повесть «Рождение моря». Повесть эта состоит из цикла очерков. Поэтому я и включаю ее сейчас в раздел очерка, сократив ее за счет сюжетных беллетризированных мест. Азовское подолье Летом 1916 года в Таганрогском порту стоял старый разоруженный корвет «Запорожец». Корвет оброс красной ржавчиной. Куски ржавчины отваливались от его железных бортов, падали в воду и тонули, поблескивая на солнце. «Запорожец» был предназначен на слом и дремал в пустынном порту, как в музее. Его охранял долговязый матрос по фамилии Галаган. Он невозмутимо следил за тем, как медленно разрушается старинный корабль. «Запорожец» был одним из первых русских паровых кораблей. Поэтому он сохранял еще некоторые особенности парусников. На его мачтах были реи и ванты. В низких каютах, казалось, застоялся солоноватый воздух кругосветных плаваний. Сидя на палубе «Запорожца», я – тогда еще юноша – любил представлять себе далекие страны, где побывал этот корабль. Я смотрел на облепленный ракушками железный руль корвета и видел пенистые дороги, что тянулись некогда за ним по туманным морям. Они очень долго не исчезали, эти дороги, эти прочерченные корабельным килем следы. Знакомый моряк объяснил мне, что следы за кормой держатся так долго потому, что пароходы грязнят морскую воду машинным маслом. Это объяснение мало меня устраивало в то время. Я предпочитал думать, что след за кормой образуется сам по себе, как некая живописная карта морских плаваний. Я работал тогда в Таганроге подручным слесаря на маслобойном заводе. Завод изготовлял подсолнечное масло. Он стоял над обрывом на берегу моря, весь в зелени столетних акаций и запахе горячей макухи. Крутая деревянная лестница вела с заводского двора вверх к особняку. Там жил в полном подчинении у своей тетушки владелец завода таганрогский миллионер Ваксов. Это был рыхлый молодой человек, с...
Входимость: 34. Размер: 18кб.
Часть текста: шумел горизонт, – там было море. Маленький мальчик вылез из автомобиля. Ему помогали шофер с пунцовым от солнца затылком и мать – светловолосая женщина с открытой улыбкой. Мальчик взглянул на отца, как смотрят на преданного друга, и спросил: – Па, что это шумит там? Отец ответил: – Море. – А что оно делает, море? Отец засмеялся. Море ничего не делало. Его великолепное безделье казалось непонятным. Оно шумело, намывало пляжи, меняло очертания берегов, выбрасывало медуз и водоросли. – Па, зачем море? – снова спросил мальчик и прищурил глаза. Шофер похлопал мальчика по ладони: – Ну прощай, Мишук. Море – чтобы купаться. Мишук смущенно улыбнулся. Загадка была решена. Машина умчалась, оставив позади конус белого дыма. Отец, худой, с молодым лицом и седыми висками, взял Мишука за руку и повел в дом, высеченный в скалах. В белых комнатах стоял плотный солнечный свет. Мишук сел на пол: за окном было страшно. Там тучей лежал глубокий глухой воздух. Пол был горячий, море было...
Входимость: 32. Размер: 27кб.
Часть текста: уведомить вас, что просьбу вашу я уважил и везу вам из плавания двух редкостных птиц, убитых мною в заливе Кара-Бугазском. Корабельный наш провизионер решился оных птиц обделать в чучела, каковые и стоят теперь в моей каюте. Птицы эти египетские, носят имя фламинго и покрыты розовым, тончайшей красоты оперением. Пребывание их на восточных прибрежьях Каспийского моря я почитаю загадочным, ибо до сего времени птицы эти водились в одной Африке. Обстоятельства, связанные с охотой на сих птиц, весьма замечательны и заслужи-вают пространного описания. Как известно вам, весной нынешнего, 1847 года я получил приказ произвести тщательнейшим образом описание и промер берегов Каспийского моря, для чего в мое распоряжение был передан паровой корвет "Волга". Мы вышли из Баку в Астрахань и проследовали до Гурьева, откуда начали двигаться к югу вдоль берегов неведомых и угрюмых. Описание их я опускаю, дабы не утруждать вас излишним чтением. Отмечу лишь удивительную картину берегов у полуострова Мангышлака, где Азия подымается отвесным черным порогом из-за уральских пустынь. Порог отходит от моря и ровной стеной удаляется на восток, где из-за марева ничего не видно, кроме глины и солнца. Порог неприступен, и, по рассказам кочевников, подняться на него можно токмо в одном месте - по руслу высохшего потока. В море порог опускается обрубистой стеной, имеющей местами черный, местами бурый цвет. За многие годы скитаний не видел я берегов столь мрачных и как бы угрожающих мореплавателям. До бухты Киндерли мы плыли, преодолевая южный ветер - моряну,- несущий из пустыни пыль и запах серы, ибо в пустыне, как...
Входимость: 31. Размер: 12кб.
Часть текста: Я решил найти Денисова и уговорить его опустить меня в водолазном костюме хотя бы на небольшую глубину, чтобы посмотреть подводную осень. Денисова я не нашел, но все же погрузился ж изучение подводной осени. Я хотел найти характерные морские черты этого времени года. Чем была замечательна морская осень? Прежде всего обилием рыбы. Реки тусклой свинцовой камсы лились мимо берегов Севастополя. Кефаль толпами слонялась по бухтам. Дельфины подошли к берегам. Это явление казалось непонятным. На примере пресных рек и озер я знал, что по осени рыба прячется глубокие омуты и залегает там до весны. Здесь же, на море, осенью начиналось необычное оживление. Даже мрачные бычки ловились сотнями в самом городе и у скал Херсонеса. Водоросли не увядали, а, наоборот, качали на дне свои свежие густые леса. Я решил, что Баранов что-то напутал. Дымченко тоже склонялся к этой мысли. Он уверял меня, что в море бывает две весны. Одна совпадает с сухопутной весной наших широт, а вторая возвращается на море в октябре. — А тому Баранову вы не верьте! — кричал Дымченко. — Он же капитан с буксира «Смелый», сам с образованных, а морочит голову. Га! Годов десять назад он поднял крик на весь Советский Союз, той Баранов. Весь Крым взбунтовал. Я, говорит, нашел английские документы, и в тех документах показано, что под Балаклавой потоплено английского золота на двести миллионов рублей. Погиб, говорит, у Балаклавы английский корабль «Черный принц», погиб от страшной бури во время обороны. А вез той корабль жалованье для английской армии. Десять годов назад, сами знаете, бедность у нас была. Ну и взялись искать того «Черного принца». Корабль нашли, а золота нет. Чи засосало его глубоко под песок и завалило камнями, чи его там и сроду не было — никто не знает. Есть у меня такая думка, что Баранов сбрехал. Шумный капитан,...
Входимость: 30. Размер: 12кб.
Часть текста: в Приазовье) В особом представлении этот поистине замечательный пи­сатель не нуждается - его творчество давно уже пользуется проч­ной популярностью у миллионов читателей и любимо ими. В его книгах есть и романтика, и приключения, и война, и мир. Волшебство его произведений в том, что все слова вроде со­вершенно обыкновенные и сюжеты без всяких затей, а читателю невозможно оторваться от этой прозы - прозрачной, лиричной, иногда грустной, очень человечной. Читая его произведения понимаешь, какой умный, талантливый и содержательный чело­век с фантастически богатой жизнью творил для нас. Так писала о нём «Литературная газета». Между тем, как он сам признавал, его писательская жизнь началась с желания всё знать и всё видеть. Поэзия странствий, слившись с неприкрашенной реальностью, и образовала наи­лучший сплав для создания книг. Почти в каждой повести и каждом его рассказе, романе видны следы скитаний автора. Одно из таких любимых им мест, где...

© 2000- NIV